…Железная дорога – узкоколейка устремлялась вдаль меж кустов и жидких перелесков, скрываясь за горизонтом. Поодаль стояла вышка – опора, и трансформаторная будка.
Колька бодро шагал по шпалам, перепрыгивая сразу через две… Он нес письмо своему брату, который работал на лесоразработках, попросту – валил деревья, да заготавливал валежник. Там, в лесу, был и цех, и пилорама, и рабочая группа. И, конечно, вагончики и кухня.
Колька шел быстро, то, замедляя, задумавшись, то убыстряя шаги. Он думал, как брат Серафим обрадуется его подарку – долгожданному письму, ведь он так долго его ожидал из далекого далека, аж с самого Санкт – Петербурга. Мамка дала наказ вернуться домой до темноты, да в дорогу сунула банку сгущенки для брата, пакет каких – то теплых вещей, а Кольке дала пару бутербродов с колбасой, которую он не любил, поэтому скормил ее вислоухому щенку Тобику. Пес провожал его до околицы, махая мохнатым хвостом, и умильно заглядывая круглыми черными глазками прямо в Колькины глаза.
Еще вовсю светило солнце, когда Колька добрался таки до рабочей заимки. Он весело постучался в дверь вагончика, ожидая объятий старшего брата, ведь был как раз – обед, но никто дверь не открывал. Подивившись, Колька сам потянул на себя тяжелую металлическую дверь, но она… не открывалась…
Тогда Колька стал подпрыгивать, чтобы заглянуть в окошко вагончика, но было слишком высоко. Прикатив чурбан от спиленной сосны, пацан забрался на него, и заглянул через мутное стекло, но разглядеть в темноте вагончика почти ничего не получилось. Было похоже, что там давно никого не было… Как – то пусто и уныло было в сумраке – там, внутри… Колька озадаченно почесал макушку, спрыгнул с чурака, и сел на него, задумчиво жуя кусок хлеба… Окинув взглядом поляну, где стояли вагончики, да маленькая полевая кухня, он только сейчас заметил, что кухня тоже пустая, и, похоже, что в ней давно не топили печь. Да и вообще, как – то нежилым показался этот участок со спилами вокруг…
Колька соображал, что делать, письмо – то надо брату отдать, как – то негоже возвращаться к матери без вестей, да и на сердце было неспокойно, как вдруг… на голову ему что – то упало. Колька автоматически положил ладонь на макушку, но она была… мокрая. Тогда он поднял голову вверх и …обомлел… На него сверху смотрела огромная голова, а из нее на Кольку капала какая – то жидкость. Он с ужасом смотрел на эту голову, и в растерянности растирал эту жидкость между пальцами. Она была безцветной, вязкой и липкой, и оставляла на пальцах какую – то пленку.
У Кольки внезапно отнялись ноги, со страху он не мог и шелохнуться, но откуда – то издали он услышал странный звук, похожий на стон. Он опять посмотрел на голову и увидел вдруг прояснившимся зрением два больших овальных, скорее миндалевидных глаза, из которых капали… слезы. Только сейчас Колька заметил за стволом огромной ели какое – то большое тело. С подкосившимися и трясущимися ногами он встал и посмотрел за ель. На ней практически лежало, повиснув, огромное странное существо, и оно… стонало…
Нет, конечно, Колька, как и все пацаны, бредил инопланетянами, но вот так, чтоб рядом… На голове у существа был одет прозрачный легкий шлем, скорее – полумаска, из которого торчали какие – то отростки. Тело не шевелилось совсем, но голова как – бы дышала, и глаза смотрели прямо на Кольку, переводя взгляд вслед за его движениями. Сначала ему стало очень жутко, но… вдруг он ясно понял, что это существо попало в беду, ему больно, и ему нужна… помощь.
И в этот момент в голове Кольки как – бы произошел какой – то треск, и он услышал странный металлический голос — «Помоги…» Донельзя изумленному пацану рассказали, что перед ним пилот с орбитального корабля с далекой планеты Арагон. Корабль — челнок потерял управление, и такое тоже бывает, и рухнул недалеко от делянки, где жили рабочие. Там, в нескольких километрах, лежал этот аппарат, и в нем находились еще два члена космической команды, зажатые в корабле. Только он, пилот Ахмадей, находившийся в верхней части космолета,
сумел выбраться, но он был ранен, и ему нужна была срочная помощь.

  • Он нашел пилораму, и недалеко от нее делянку, и просил людей помочь, но они со страху, так ничего и не поняв от него, куда – то убежали… Колька вытаращил глаза, чуть пошевелил побелевшими губами, что, мол, он – то, мальчишка, чем может помочь… И тогда он услышал, что нужно поднять аппарат так, чтобы он мог освободиться от обломков деревьев, и высвободить нижний люк для пришельцев. Тогда они смогут забрать на борт Ахмадея и подлатать его…
    И Колька…, он вдруг почувствовал, как стучит огромное сердце Ахмадея, он услышал четко каждый звук его сердца… Оно было таким горячим и добрым, и ему было так больно…
    Не раздумывая, Колька опять подкатил чурбак к вагончику, нашел увесистый сук, и с разгону разбил окно вовнутрь, и бил, пока стекло полностью не вылетело. Он достал из мамкиного пакета толстый свитер брата, чтобы не поранить руки, и осторожно, подтянувшись, пролез в вагон. Было еще светло, да и в вагончик свет проникал, и Колька без труда нашел маленькую походную рацию. Пользоваться ею он умел, брат научил. И Колька быстро набрал нужный номер ( спасибо брату ), схватил обшарпанную со стертой мембраной черную трубку, и стал нетерпеливо ждать ответа с того конца провода…
    Он не надеялся, что ему поверят… Но там…, там ему поверили.
    А через час на полянке уже тарахтел маленький трактор, вращал гусеницами внушительный бульдозер, и знакомый водила весело подмигивал Кольке из окошка кабины. Ведь только сегодня, его наконец, пригнали с ремонтной базы, ведь бригада простаивала на делянке без дела…
    А над лесом низко кружил и сипло гудел вертолет местной МЧС. Мужики с любопытством разглядывали великана, а он неподвижно висел на ели, и только слезы и тягучая «кровь» стекали вниз по веткам. Но никто, кроме одного Кольки, не мог слышать Ахмадея.
    И он повел людей через лес так, как объяснял ему «железный» голос. Вскорости в чаще меж утлым болотцем, да песчаным оврагом, в дремучих зарослях орешника мужики увидели повернутый набок космолет. Колька руководил всем процессом. С помощью бульдозера удалось расчистить все завалы около «тарелки», хотя корабль больше был похож на пулю, а с помощью мощного троса с вертолета удалось чуть – чуть приподнять заклинивший бок корабля.
    Людей ждали… Кольке было приказано, чтобы он отвел людей на несколько метров, а затем корабль весь задрожал, завибрировал, и … выровнялся, зогорелся разноцветными огнями… Прямо снизу, оттуда, где корабль был завален огромными стволами деревьев вышли… Серафим и рабочие его бригады. Они, оказывается, рискнули сами разведать обстановку, сдуру залезли в люк сверху, да застряли, тамошняя герметика сработала, и люк закрылся. Спасибо, братья по разуму надели на них защитные шлемы с подачей земного воздуха… Вот так и «общались», пока Колька не пришел….
    Команда вышла из корабля, и Колька смотрел с открытым ртом на этих необыкновенных существ в прозрачных шлемах с красивыми миндалевидными и очень добрыми глазами. Один из них взял Кольку на руки и прислонил к своему Сердцу. И через тонкий «скафандр» Колька услышал…, да – да, он не ошибся – его приглашали в полет, но…, когда он чуть – чуть подрастет.
    Ему рассказали за несколько минут целым пластом информации многое о планете, с которой прилетел основной корабль, а этот был лишь маленький пилотируемый челнок – сборщик информации с пилотом и двумя учеными – инженерами. И еще… Колька ясно почувствовал, сколько мощной Любви шло от этих существ, сколько силы было в их сердце, дружелюбия… Его прижали к груди пришельца, и он слился в этот миг воедино с какой – то доселе неведомой энергией, уносящей маленького человека в какие – то голубые дали, странные очертания городов в туманной дымке, он почувствовал незнакомые запахи, и … атмосферу какой – то неземной любви, спокойствия и… невероятной гармонии…
    И он понял, вдруг понял, что это такое родное, вот такое…, что он там когда – то был, там его дом, там есть его братья и сестры, мама и папа, да – когда – то очень давно, но они были, теперь он это точно знал, и он прямо на руках у этого великана рыдал навзрыд…
  • А потом «пуля», покачавшись в благодарности своим спасителям, взмыла вверх, и, чуть опустившись над делянкой, спустила вниз какую – то невидимую блестящую энергию, и втянула совсем ослабевшего Ахмадея на свой борт, и… исчезла за облаками.
    И только Колька услышал внутри себя своим вздрогнувшим сердцем – «Спасибооооо»… Конечно, никто этого не видел и не слышал, только Колька все понял и рассказал мужикам, как спасали Ахмадея.
    Вертолет улетел на базу, а Колька остался переночевать у брата в вагончике. Он так устал, что незаметно уснул у него на руках.
    Утром Серафим рассказал ему, что письмо было из института лесного хозяйства, куда он отправлял свои чертежи по проекту восстановления лесополосы после разработки ее человеком. Там оценили его новаторский взгляд, заинтересовались неординарным подходом, и приглашали его в Питер, назначив встречу на ближайшую неделю. Ведь это была песня Серафима – создать свой новаторский проект по защите леса от варварской беспредельной вырубки….
    А Колька? Колька с тех пор стал получать весточки от Ахмадея. Теперь он просто мысленно разговаривал с ним, им больше не нужен был «железный» робот – переводчик.
    Колька частенько рассказывал ему свои немудрящие мальчишечьи новости, и Ахмадей слушал Кольку с неподдельным интересом, все вызывало у него жгучее любопытство. А мальчишка радовался каждому новому дню… Ведь в нем столько тепла и любви большого всеобъемлющего сердца, в котором каждый получает Лучик Радости и Понимания.
    19.02.21 Ирина Титова группа в вк
    https://vk.com/chenrithm